А Йорик молчит

И осень больна одиночеством, словно листвою
транжирит любимая и безнадежно стареет…
И светит фонарь у аптеки, но так же не греет…
И в вечность уходит чудак и зануда Каренин…
Зачем ты рапидишь, от тени бросаясь под поезд?
Какая смешная привычка — грешить и бояться,
что тот, кто сегодня родился от Духа Святого,
представится вместо Иешу Ульяновым Вовой.
И варит в кастрюльке яйцо одинокая сволочь,
и любит бездарной любовью творца-святотатца.
Прощай! Я тебе напишу на никчемной платёжке:
ты самая лучшая женщина в веке никчемном.
Над детской площадкой октябрьский докучливый дождик…
И некто давно положил на его порученья.
А Йорик молчит, и в луну превращается череп…
Ты самая лучшая в этом придуманном прошлом.

4 комментария

  • Осень больна, но у её постели хочется посидеть, взять за руку (за ветку) , поправить у изголовья фонарь-бра, очистить яичко, сваренное непременно всмятку «одинокой сволочью» и заверить, что все платёжки оплачены (чтоб не волновалась). Разная лирика — и всё же любовная. Спасибо, Дмитрий, это пронзительно…

Добавить комментарий